
Ветераны лётчики, выпускники и руководители, посещают Музей Ейского училища 22 июня 1978 года. Слева направо на переднем плане 2-й начальник Училища Х.А.Рождественский, 3-й начальник Училища Герой Советского Союза Н.А.Наумов, 4-й Герой Советского Союза И.А.Каберов, 5-й В.Т.Мельников, 6-й Ш.Л.Агегьян. Фото из Музея МА ВМФ России.
Перед вами целое созвездие наших выпускников!!!
К сожалению, крайнего слева пока установить не удалось, надеюсь, поможет Боря через ветеранов. Но зато все остальные известны и узнаваемы!
Но про Агегьяна я ничего не знала. Только слышала фамилию и встречала фото. Задалась целью накопать на него "досье". И вот что обнаружила, привожу фрагменты текста, а весь по ссылке:
"Чёрная кошка". О легендарном черноморском летчике Шаэне Агегьяне
http://vayr.ucoz.ru/news/chjornaja_koshka_o_legendarnom_chernomorskom_letchike_shaehne_agegjane/2011-07-04-663Командир Южного соединения партизанских отрядов Крыма Михаил Македонский в книге воспоминаний «Пламя над Крымом» восторженно пишет о «первом воздушном партизане», капитане Шаэне Леоновиче Агегьяне, летчике
80-й авиаэскадрильи морской авиации Черноморского флота.
Первым, кто сбросил крымским партизанам парашюты с грузом, был капитан Агегьян. О нём еще в 1939 году «Комсомольская правда» писала как о замечательном мастере ночных полетов. Характерно, что этот отважный человек в день начала войны первым вылетел на боевое задание и в числе первых севастопольских военных летчиков лицом к лицу встретился с врагом.
Вскоре вся эскадрилья знала, что партизанским командованием издан приказ о зачислении Агегьяна и его экипажа в отряд «воздушных партизан».
В это время среди летчиков-черноморцев он больше был известен под именем Билль. Это прозвище прочно закрепилось за ним, хотя за фантастические полеты его называли и «Черной кошкой». Уже в 1940 году капитан Шаэн Агегьян командовал звеном гидросамолетов и был заместителем командира эскадрильи по технике пилотирования.
За годы Великой Отечественной войны Ш. Агегьян совершил более 700 боевых вылетов. Начав службу в авиации КЧФ еще в 1934 году лейтенантом, командиром экипажа разведывательного гидросамолета, дослужился до командира отдельного авиационного соединения. За свой ратный труд подполковник Агегян был награжден многими орденами и медалями. Среди его наград по два ордена Красного Знамени и Красной Звезды, два ордена Отечественной Войны 1 степени, высший орден Болгарии «9 сентября» с мечами 1-й степени и др. награды. В Севастополе, на Диораме, до сих пор можно увидеть выставленный в качестве экспоната шлем и портрет этого легендарного черноморского летчика.
Ляпидевский и Луарсаб стали готовить Шаэна в школу младших авиаспециалистов, куда он и был зачислен курсантом. Они постоянно следили за его успехами. Выйдя из школы механиком-оружейником, Шаэн попал в летную часть в качестве мастера-оружейника 87-го авиаотряда, стал членом ВКП (б), а в 1932 году окончил теоретическую школу летчиков в Ленинграде и поступил в школу морских летчиков г. Ейска. Шаэн продолжал заниматься спортом, выступал во всесоюзных соревнованиях в составе Ленинградского военного округа. Занятия спортом, хорошая спортивная форма впоследствии не раз выручали летчика в годы войны.
В 1934 году молодым лейтенантом он получил назначение в авиацию Черноморского флота. Теперь вся его дальнейшая жизнь была связана с Крымом.
В тренировочном отряде в Севастополе его наставником стал командир отряда Алексей Власенко, который Шаэну прямо заявил: «Я из тебя сделаю настоящего летчика, Билль!». Шаэн успешно прошел все контрольные полеты, в том числе курс слепого вождения в облаках. Вскоре его перевели в боевое подразделение, где, отработав технику пилотирования, мог уже четко выполнять задания командования в любых погодных условиях. Ему часто приходилось летать в паре с летчиком Евгением Григорьевым, с которым они подружились. Летал тогда Шаэн на самолете МБР-2 с экипажем из четырех человек.
До начала войны Агегьяну приходилось не раз совершать разведывательные полеты в акватории Черного моря. Как-то, в преддверии войны с Финляндией, необходимо было срочно довезти пакет в Николаев с приказом о срочной передислокации эшелона с техникой на Север. Несмотря на сложные метеоусловия, облачность и нелетную погоду, Агегьян с честью выполнил приказ. Вместе с ним тогда в составе экипажа летел и техник Арушаньян, о котором найти подробные сведения, к сожалению, не удалось.
Летом 1940 года ВВС ЧФ получили самолеты ГСТ, предназначенные для ведения многочасовой дальней разведки на море. Для перегона и освоения этих самолетов на авиазавод вылетел ставший уже командиром авиазвена капитан Ш. Л. Агегьян. Размах крыльев ГСТ доходил до 30 метров, а вес – до 17 тонн. Самолет мог взять на борт до 50 военнослужащих, а экипаж состоял из 6 человек. После освоения самолета, 28 июня 1940 года, капитан Агегьян получил задание разведать пролив Босфор, но где-то посередине Черного моря был вынужден совершить посадку в море. Масло в правом моторе закипело и стало выливаться. Удачно приводнились около нашей подводной лодки, будучи уверенными, что те отбуксируют их на базу в Севастополь. Однако подводники еще не знали о появлении самолетов ГСТ в авиации ЧФ, чуть не приняли их за турок и не соглашались принять на абордаж. Но Агегьяна все же узнали спортсмены-гимнасты с подводной лодки и под дружный хохот, прикрепив самолет для буксировки, легли на обратный курс.
Начиная с 5 июля 1941 года по первую декаду августа, почти ежедневно Агегьян совершал разведывательные полеты к болгарским берегам, где фотографировал побережье от Варны до Бургаса, вел непрерывные восьми-десятичасовые наблюдения за действиями военных кораблей и катеров в этом районе. Порой приходилось вступать в неравный воздушный бой с более скоростными вражескими истребителями, обладавшими значительно лучшей маневренностью и более сильным вооружением.
Когда фашисты захватили весь Крым и осадили Севастополь, экипажам самолетов гидроавиации приходилось значительную часть полетов проводить в ночных условиях, бомбя резервы немецких войск, занятые населенные пункты и аэродромы, и порой покрывать на своих летающих лодках сотни километров над сушей, чтобы сбросить нужные партизанам грузы в горных районах Крыма.
Зима 1941-1942 гг. для крымских партизан выдалась тяжелой. Предатели помогли фашистам захватить многие заранее подготовленные партизанами базы с продуктами. В условиях большой концентрации в Крыму немцев, которые продолжали штурмовать Севастополь, и активизации деятельности немецких карательных отрядов, оказались весьма ограниченными возможности пополнения запасов продовольствия за счет трофеев и помощи местного населения. Через связных партизаны обратились за помощью в осажденный Севастополь. В Военном Совете Черноморского флота приняли решение помочь партизанам. Переброска продовольствия и медикаментов при помощи грузовых самолетов была возложена на 80-ю эскадрилью. Предстояло сбрасывать грузы ночью, при зимней непогоде на минимально низких высотах, порядка 300-400 метров, в горных районах Крыма. Командир эскадрильи поручил выполнить это ответственное задание мастеру ночных полетов Шаэну Агегьяну.
Как только стемнело, гидросамолет поднялся в воздух и пошел над морем вдоль побережья в сторону Ялты, рассчитывая спокойно пересечь береговую кромку. Слева остался Балаклавский маяк, проплыли Симеиз, Ай-Петри. Чтоб не пропустить нужный квадрат, который партизаны должны были отметить кострами, в районе Ялты самолет снизился до 200 метров. Проделав несколько кругов, наконец-то сквозь вечернюю мглу разглядели огоньки костров. Второй пилот вместе с борттехником и стрелком-радистом произвели выброс в люк мешков с сухарями, мукой, консервами, салом, табаком и медикаментами. Груз точно попал в заданное место. Ввиду сложных метеоусловий в феврале больше не удавалось произвести выброс грузов. Полеты возобновились лишь в марте-апреле 1942 года.
Часто, получив на земле инструктаж и задание, Агегьяну уже в полете приходилось выполнять другую команду. Так, утром 23 апреля 1942 года, вылетев на дальнюю разведку в район пролива Босфор, самолет Агегьяна пролетел Варну и Бургас вдоль побережья до Синопа, выполнив полностью задание. Когда самолет лег на обратный курс, тут же летчик получил радиограмму из Севастополя - срочно лететь в Геленджик, на базу 119-го морского разведывательного авиаполка. Проведя в воздухе семь часов, самолет приземлился в Геленджикской бухте. Едва самолет успел дозаправиться, как был получен приказ доставить в осажденный Севастополь заместителя командующего авиацией ВМФ СССР генерал-майора Ф. Г. Коробкова. В Севастополе самолет на катере встречал командующий ВВС ЧФ генерал-майор Н. А. Остряков и командир 116-го морского авиаполка майор И. Нехаев. Отправиться на отдых экипажу так и не пришлось, предстояло лететь ночью к партизанам. Но неожиданная атака немецких «юнкерсов» на бухту сожгла среди прочего три наших самолета, в том числе и ГСТ Агегьяна. К счастью, тогда обошлось без жертв. Но через день, во время очередного фашистского налета, в одной из авиамастерских погибли генералы Коробков и Остряков, которому посмертно было присвоено звание Героя Советского Союза.
В последние дни обороны Севастополя авиаэскадрилья Агегьяна перебазировалась в район города Поти, где в то время находились штаб и главная база ЧФ. Самолеты морской авиации базировались на приморском озере Палеостоми.
Весной-летом 1943 года Агегьяну довелось участвовать в обеспечении боевых действий десанта героев-куниковцев на «Малой земле» и в воздушной поддержке наших войск в период боев за Новороссийск и Тамань. К лету напряженность боев возросла. Экипаж Агегьяна в мае и июне 1943 года осуществил шестьдесят два ночных боевых вылета в район Новороссийска и Анапы, производя результативные бомбардировки немецких войск и артиллерийских батарей, поддерживая действия наших десантников на Мысхако, а также нанося удары по вражеским самолетам и кораблям. Порой приходилось подниматься в воздух с полной бомбовой нагрузкой по три, четыре и даже пять раз за ночь. Например, в ночь на второе мая пришлось совершить три вылета, четвертого мая – пять, шестого и восьмого мая – по четыре вылета.
В середине июня 1943 года разведка нашей 47-й армии сообщила о местонахождении штаба одного из пехотных дивизий 17-й армии немцев. Ответственное задание по уничтожению штаба было поручено экипажу Агегьяна, и он успешно его выполнил, совершив три ночных вылета и сбросив на врага свыше тонны бомб.
Вскоре экипаж Агегьяна участвовал в освобождении Севастополя. А 8 сентября 1944 года, будучи старшим, Агегьян участвовал в высадке 80 отборных морских пехотинцев из состава бригады Героя Советского Союза Цезаря Куникова в Варне.
После войны Ш. Л. Агегьян до 1954 года служил в Севастополе, на Бельбеке и Каче. Ветеран Великой Отечественной войны, летчик КЧФ подполковник Шаэн Леонович Агегьян ушёл из жизни в1993 году и похоронен на староармянском кладбище г. Симферополя.
P.S. Автор выражает искреннюю благодарность родным летчика Ш. Агегьяна за предоставленные материалы.
Написала Володе Попову в скайпе. Это ж товарищ из 80-й ОМДРАЭ! "Неуловимой" эскадрилье, к которой имел отношение его Дед, приговорённый к расстрелу майор Попов.
Павел, может, этот материал как-то поможет и Вам?!
Всё-таки рукописи не горят!
