Привет, Георгий!
В переизданной книге о Фёдорове "Боевой королевский разворот" Шалагинов даёт краткий анализ некоторым воспоминаниям Шелеста о Фёдорове (не в пользу Шелеста). Оценивает некоторые литературные перлы Галлая во взаимосвязи с послевоенными заслугами лётчика-испытателя Ивана Фёдорова.
Как и в предыдущих книгах, даны фотографии документов, доказывающие, что ИЕФ с конца июня 1942 года уже был в 3-й воздушной армии. Новым документом является Справка завода, с которого он убыл на фронт в июне 1942 г. Справка выдана Фёдорову весной 2009 года для перерасчёта пенсии. Указан месячный заработок за то время, что он после Китая работал на заводе: февраль, март, апрель, май. Начиная с июня, в справке прочерки. Это ещё одно свидетельство, что весь июль (а не только с 27-го числа) Фёдоров воевал и сбивал противника. Остаётся только догадываться, почему в документах направленных командованием 3-й ВА в адрес командования 16-й ВА скрыто, что уже в июле у Фёдороа были в/бои и победы. Не сомневаюсь, что В. Шалагинов найдёт необходимые доказательства.
У меня вопрос, Георгий. Не попадались ли Вам свидетельства о в/боях в которых один советский лётчик противостоял 18 и более самолётам противника в 1941 - 1942 годах? Если этого не было, то бои Фёдорова, указанные в постах "фотографа" (с ссылкой на Симонова) уникальны и об этом нам необходимо знать..
P.S. А зарплата испытателя Фёдорова на 21-м авиазаводе с марта снизилась в 4 (!!) раза. Догадываешься почему?
Привет, Слай! Еще не вечер.
Из переизданной книги В. Шалагинова «Боевой королевский разворот»:
О ДРУГИХ ПИШУЩИХ ЛЁТЧИКАХ-ИСПЫТАТЕЛЯХ
На предыдущих страницах мы уже касались творчества летчика-испытателя Марка Галлая, который своими большими тиражами несколько десятилетий воздействовал на молодежную аудиторию. Заслужив признательность читающей публики, Марк Лазаревич решил, что имеет полное моральное право воздействовать и на людей пишущих. После выхода в свет книги Льва Вяткина «Тайны воздушного океана» товарищ Галлай отчитал автора по телефону за то, что тот вытащил из небытия «известного фантазера Федорова». «Но разве Федоров во время нескольких войн не сбил много самолетов противника? Разве он не был много лет шеф-пилотом КБ Лавочкина? Разве Иван Евграфович не был в числе первой четверки Героев Советского Союза, удостоенных этого звания за испытания реактивных истребителей? Почему Вы об этом ни разу не упомянули об этом в своих правдивых произведениях?» - не удержался от встречного вопроса Лев Михайлович Вяткин.
Еще раз вернемся и к цитируемому ранее Игорю Шелесту с его популярной книгой «Лечу за мечтой». Надо отдать должное автору, который в семидесятые годы хоть и не без иронии, но все таки смог замолвить доброе слово о летчике-испытателе И.Е. Федорове (см. на стр. 5 отрывок из книги И. Шелеста «Лечу за мечтой». Ведь в то время еще был жив неблаговолящий Федорову и находящийся в большом почете конструктор Яковлев, автор растиражированной «Цели жизни».
Правда при этом тов. Шелест очень серьезно, не скупясь на эпитеты, описывает как лучшие машины Великой Отечественной войны все истребители Яковлева с их постоянно отваливающимися крыльями, не забывая похвалить и с треском провалившийся бомбардировщик Як-2 , который шустрый конструктор «втюхал» Сталину как последнее достижение техники и получил за это 100 тысяч рублей премии, автомобиль ипр.
Откроем книгу И. Шелеста на страницах 158-160, где дается описание этой «чудо-техники» - бомбардировщика ББ-22.
Ближний бомбардировщик ББ-22, который испытывал у нас Пауль (это летчик-испытатель - В.Ш.), был нашумевшим в ту пору самолетом. Летчики шушукались между собой и, толком ничего не зная, сочиняли об этом самолете легенды.
Теперь из книги конструктора Александра Сергеевича Яковлева мы узнаем, что Сталин, беседуя в 1939 году с создателем самолета в Кремле, немало удивлялся, каким это образом удалось при тех же моторах, что и на серийном самолете СБ, получить скорость на сто с лишком километров в час больше.
"Сталин все ходил по кабинету, удивлялся и говорил: - Чудеса, просто чудеса, это революция в авиации".(А. С. Яковлев, Цель жизни)
И в самом деле: ББ-22 намного опередил по скорости наши бомбардировочные, да и некоторые истребительные самолеты 1939 года. Вместе с тем этот самолет как-то не любят вспоминать, скорей всего потому, что на него возлагали слишком большие боевые надежды, которые в наступившей войне он не в состоянии был оправдать. А оправдать боевые задачи он не мог, в частности, потому, что скорость на нем была получена за счет других предельно ужатых важнейших качеств: вооружения, удобства работы экипажа, оборудования, маневренности, дальности и продолжительности полета. Так что чудес, о которых говорил Сталин, для таких специалистов, как Туполев, Петляков, Мясищев, Бартини, да и Поликарпов, конечно, в этих рекордных достижениях и не было.
Значение этого самолета ни в коем случае нельзя умалить, пусть даже и не суждено ему было проявить себя настоящим солдатом. Его значение сказалось в зажигательном импульсе, который он привнес собой в нашу авиационную промышленность.
Появление ББ-22 взбудоражило. Нет, пожалуй, даже взбесило творчекие натуры конструкторов, вывело их из са.мосозерцательного состояния, заставило сказать: "Ну теперь держись, Яковлев!"
И закипела тут буквально круглосуточная работа. Талантливые люди совершенно выключились на время - правда, не без посторонней помощи - из личной жизни (так завуалировано И. Шелест описывает "шарашку", где сидели конструкторы - Б.Ш.). И в результате появилась сперва "сотка", потом "сто третья " ...
Помните, боевое название "сотки" - "Петляков-2", или ПЕ-2, а "сто третьей" - "Туполев-2", или ТУ-2!
Эти самолеты имели скорость примерно такую же, какую удалось впервые получить на ББ-22, но ПЕ-2 и ТУ-2 были уже прекрасно вооружены пушками и крупнокалиберными пулеметами, имели бронеспинки, обладали необходимой дальностью и продолжительностью полета. И мы их никогда не забудем, потому что они принесли нам возможность побеждать и победить великолепно вооруженного врага.
Но и справедливости ради не стоит забывать, что появились они в ответ на зажигательный импульс, привнесенный, по сути, рекордным для своего времени самолетом ББ-22.
Получается, что Игорь Шелест с пиететом описывает и оправдывает ББ-22 бездарное произведение конструктора Яковлева, еще стоящего у власти в те «застойные семидесятые», а по поводу «противника Яковлева» «воздушного акробата» И.Е. Федорова пытается ерничать, что товарищи подумали сперва, что Ваня-Женя перед самой посадкой «отчубучил бочку». Налицо факт, что летчик-писатель старается в угоду «кому-то» свести к шутке и чудачествам действительные боевые и испытательные подвиги Вани-Жени. То есть в «застойные» семидесятые у Ивана Евграфовича Федорова, благодаря царившему в Союзе писателей преклонению перед нашими «выдутыми из мухи слонами», не было никаких шансов стать хотя бы минимально известным. В те времена благодаря неуемной фантазии советских литераторов со страниц наших изданий о Великой Отечественной войне не сходили официально признанные герои-летчики с «большим количеством» сбитых врагов. При этом люди воевавшие знали, что «это количество» надо как минимум делить на три.
Взять хотя бы описание у И. Шелеста конструктора Яковлева! Даже о явном конструкторском браке всех его самолетов - недостаточной прочности крыльев и вследствие этого частым отрывом их во время полетов, погубившем множество летчиков написано мягко, у6аюкивающе, как о случайном заводском браке (стр. 257): "Очень скоро все истребители ЯК, что нуждались в ремонте, были выкрашены с иголочки ... Приближались дни решительных июльских наступлений, и воины воздуха горели решимостью победить врага. В это время наша промышленность получила много восторженных отзывов о боевых качествах наших самолетов ".
Не верю, что Игорь Шелест - такой знаток нашей боевой авиации - не знал случаев массовой гибели летчиков на «самом лучшем истребителе второй мировой войны». Например, на Як третьем в 3-м истребительном авиационном корпусе Евгения Савицкого перед штурмом Берлина. Ведь тогда весь истребительный корпус 180 машин - вынужден был заниматься опять-таки устранением якобы «массового заводского брака». И за «такие штучки» опять-таки были «сурово наказаны» производственники, а «любимец Сталина» Яковлев, жульнически подсунувший недоработанный проект «самого быстрого и легкого» истребителя Як-3, опять вышел из воды сухим.
А сколько испытанных боевых летчиков погибло на машинах Яковлева во время отваливания крыльев в полете!? Представляю, с каким отвращением читали эти строки И. Шелеста оставшиеся в живых друзья тех погибших летчиков спустя 30 лет после войны: "Очень скоро все истребители ЯК, что нуждались в ремонте, были выкрашены с иголочки ... Приближались дни решительных ... наступлений, и воины воздуха горели решимостью победить врага. В это время наша промышленность получила много восторженных отзывов о боевых качествах наших самолетов " ...
Марк Солонин в своей книге (стр. 369) приводит воспоминания авиаконструктора А.С. Москалева: «Война кончилась, но обстановка не была спокойной. Военная авиация находилась в состоянии постоянной боевой готовности.
Проводились регулярные полеты наших истребителей.
И вдруг было обнаружено, что убыль истребителей Яковлева не уменьшилась, хотя боевые действия уже не велись. В чем дело? Оказалось, что самолеты разрушались в воздухе в процессе маневрирования, так как на них ломались крылья и, как правило, летчики не успевали даже выбрасываться на парашютах».
Далее М. Солонин приводит рассказ Москалева, что «А.С Яковлев «перевел стрелки» на промышленность, которая якобы клеила крылья не тем клеем, что надо. После чего «виновные понесли суровое наказание». Группе Москалева было поручено разобраться в причинах аварий и улучшить технологию склейки. В рзультате было выявлено, что причиной аварий был не технологический, а конструкторский брак - все та же недостаточная прочность крыла, которая была проблемой яковлевских истребителей, начиная с И-26».
И самое главное - за 60 лет, прошедших после войны, никто кроме Марка Солонина не упрекнул в нездоровой фантазии ни Галлая, ни Шелеста, ни других новоиспеченных Геббельсов.
Безусловно, в невероятном везении И.Е. Федорова есть какая-то мистика. Сотни раз выходил он из, казалось бы, совершенно безвыходных ситуаций. При этом оставался не только жив, но и на удивление здоров.
Еще из «Илиады» Гомера мы знаем: Ахиллес - самый лучший воин греческого войска при распределении добычи был обижен своим предводителем Агамемноном. И на протяжении тысячелетий во времена всех войн во всех армиях мира всегда находились бойцы, умеющие проявить свой характер в бою и не умеющие проявить бойцовские качества при разделе добычи. Такова жизнь. В этом смысле Красная Армия во время Великой Отечественной войны не составляет исключение. Не для кого не секрет, что наши работники штабов никогда не забывали включить себя в списки награжденных, но всегда при этом очень критически рассматривали представления к наградам солдат и офицеров с линии огня, поскольку всегда выдавалось строго определенное количество наград на каждое соединение. Так было и в авиации. Лев Вяткин, неоднократно разговаривающий с А.И. Покрышкиным, не раз слышал от прославленного аса, как штабисты постоянно твердили ему: «Ну, куда тебе столько, сбавь наполовину!» Точно так же передает свои диалоги со штабами 3-й и 16-й воздушных армий и И.Е. Федоров.
Чьи-то высокие амбиции и политические соображения так и не дали Ивану Евграфовичу как и многим другим подобным не то, что заслуженной, вообще никакой награды за одержанные победы. При этом спустя многие годы все-таки обнаружилась несправедливость в отношении истинного героя, и он стал известен. И это очень не понравилось многим «героям», которые попытались очернить не только нашего незаслуженно забытого героя, но и многих, ему подобных. Ведь многие истинные герои, например летчик Бобров Владимир Иванович, сбивший несколько десятков немецких самолетов, так и не получили при жизни заслуженного ими звания Героя Советского Союза. Понятно, что «этим людям», «отличившимся» в мирное время, невыгодно пересматривать итоги минувшей войны, также как «новым русским» пересматривать итоги приватизации.
Я не верю, что эти высокопосаженные люди до сих пор не знают «всех деяний Н.С. Хрущева 1937 года». И сотни томов про «уничтожение ленинской гвардии» в 1937 году написаны «забугорными дядями» в угоду недоброжелателям России.
В завершение повествования еще раз попытаюсь ответить на критику И.Е. Федорова со стороны предполагаемых (и активно действующих) оппонентов, которые могут посчитать (и считают) выдумками старого человека счет его побед в воздухе.
И.Е. Федорову в конце концов повезло - военные архивы открыли ранее засекреченные материалы и обнаружилось, что:
1. Прибыл он на Калининский фронт не 27 июля, как написано в его личном деле и во всех представлениях к званию Героя Советского Союза в 1943- 1944 годов, а как минимум на месяц раньше.
Следовательно, штабами не только приуменьшен счет его боевых побед, но и количество боевых вылетов и воздушных боев.
2. Не могли десять И-16 со 2 по 6 июля 1942 г. из 728 ИАП майора Осмакова сбить 25 и повредить 8 новейших самолетов противника без посторонней помощи в лице авиаотряда Федорова на четырех Як-7. Не могли 20 августа 7 И-16 того же полка сбить 13 машин противника без потерь со своей стороны. И опять здесь замешан авиаотряд и штрафники майора Федорова на 4-х Яках, 3-х Мустангах и т.д. Ведь на момент отсутствия Федорова в 728 ИАП 22 и 23 августа 1942 Г., когда он вместе с Юмашевым был с инспекцией в l-м ГИАП, у полка майора Осмакова не было никаких результатов.
3. Не могли генералы Конев и Громов поставить во главе отряда воздушных штрафников человека, у которого не было результативных воздушных боев к 18 августа 1942 г.
4. Не мог главком ВВС Новиков 30 сентября 1942 г. поручить формировать полк асов человеку, самому не являющемуся асом. Например, Льву Шестакову только осенью 1943 г. (через год после Федорова), когда на счету у него числилось 29 лично сбитых самолетов противника и 45 - в группе, главком ВВС Новиков предложил сформировать «полк охотников».
То есть к 30 сентября 1942 г., когда поступило предложение Новикова создать полк асов, у майора Федорова действительно на личном счету были эти 39 (или достаточно много) сбитых самолетов противника, не считая отданных на счет полков и своим ведомым, которые всегда с ним охотно летали. Не говоря уже о массе машин противника, сбитых Федоровым в группе.
Однако «некто» или «группа лиц» в штабе 3-й ВА постарались дезавуировать достижения аса. Даже 36 боевых вылетов на самолетах Яковлева с налетом 35 часов, осуществленные майором Федоровым за первые 20 дней июля 1942 г. и проведенные при этом воздушные бои: 2, 3, 4, 5, 6, 7, 11 июля «чьими-то стараниями» из-за переноса даты прибытия на фронт на один месяц не попали в его боевой счет. Факт командования им 256-й ИАД с декабря 1942 по март 1943 г. так же остался не отображенным в «Истории дивизии».
То есть не подлежит сомнению факт, что в штабе 3-й ВА сидела группа недоброжелателей (именно группа, поскольку одному человеку это сделать довольно опасно - штрафные батальоны до конца войны нуждались в пополнении!), которая в январе 1943 г. не пустила наверх представление И.Е. Федорова к званию Героя Советского Союза.
Немало труда в принижении заслуг героя в 1943-44 гг. приложил и командарм 16-й ВА Руденко при активной поддержке ставшего в 43 году командармом 3-й ВА генерала Папивина. Очень похоже, что было давление и со стороны авиаконструктора А.С. Яковлева, действия которого против КБ Лавочкина в г. Горьком зимой 1942 г. свел на «нет» летчик-испытатель Федоров. Сильную нелюбовь из-за своего позора 22 августа 1942 года на глазах у Федорова питал к нашему герою и участник перелета из Москвы в Америку в 1937 году в составе экипажа Громова Герой Советского Союза А.Б. Юмашев, чья подпись на выписках из летных книжек пилотов узаконивала количество сбитых самолетов противника.
Наличие же вышеперечисленных оппонентов существенно увеличивает так и не засчитанные штабами заслуги Ивана Евграфовича Федорова, которых умел сбивать вражеские самолёты, но не умел получать награды. Главное, что об этом знал весь Калининский фронт”.