Нет, Миша, фамилия Богданов мне не вспоминается. Но я не дам гарантию, что вспомню хотя бы половину нашей роты пофамильно. Похожую вспоминаю: Бондарев. Тоже, кажись Лёня. А может это был Богданов. Чёртов склероз!
А весна придёт всё равно. Только она у нас в Эстонии не та, что бывала на моей родине, в Брянске. Или в Новосибирске. Или – в том же Ейске. Иной раз больше похожа на осень. Но я за 55 лет привык.
Не румяной молодкой под музыку тёплого ветра –
Бледной девицей кроткой бредёт к нам Весна не спеша,
Словно блудная дочь, в башмаках и потрёпанных гетрах,
Cпотыкаясь на кочках болот и шурша в камышах.
В одночасье ей тяжко прогнать надоевшую Зиму,
Узнаём мы бродяжку не въявь, а по календарю,
По галденью грачей, по пушинкам, покрывшим лозину
И по ласке лучей, возвещающих раньше зарю.
В нашем пасмурном крае Весна – венценосный ребёнок,
Что капризно играет любовью вассалов своих.
Погляжу по весне на балтийскую землю влюблённо,
Породнился я с ней. Здесь мой дом. И – потомки. И – стих.